|
Александр Калинин
 Горожане винят селян, те в растерянности разводят руками: цены-то диктует перекупщик. Перекупщики кивают на переработчиков, те на торговлю. Кто прав, кто виноват? Чтобы выяснить это, корреспондент «Столетия» решил лично пройти по всей цепочке от производителя до продавца.
Лукинское сельское поселение Сычевского района Смоленской области. Здесь на учете 32 частных сдатчика молока. У каждого от 1 до 4 коров. Зимой у них принимали молоко по 10 рублей за литр, с июня – по 8,50. Местная власть от объемов частных закупок ничего не имеет. А раз так, то и занимается постольку поскольку. Но и в карман частника от власти ничего не капает. Когда-то крестьянину доплачивали из областного бюджета по 30 копеек за сданный литр молока, потом по 10. Вот уже третий год кряду не доплачивают ни копейки. Если бы колхоз «Рассвет не обеспечивал своих работников бесплатно сеном (из расчета по 5 тонн на корову) и молотым зерном на заработанный рубль, то еще не известно, держали бы они столько скота или нет. Но и так по Лукинскому сельскому поселению, как и всюду по стране, идет сброс поголовья. За два последних года оно сократилось здесь на 15 голов. И причина не столько в закупочной цене, сколько в иных обстоятельствах, считает глава поселения Ольга Семенова. Население стареет, молодежь уезжает.
Вот жили муж с женой, держали трех коров, жена умерла, муж какое-то время колотился один, как рыба об лед, нанимал для ухода за скотиной соседок, а потом махнул на все рукой и пустил коров на мясо.
В самом колхозе «Рассвет» 700 голов крупного рогатого скота, из них 350 коров. За год здесь отгружают на продовольственный рынок страны почти тысячу тонн молока. Себестоимость его высока – на производство каждого литра тратится 8 рублей 52 копейки. Гагаринскому консервному заводу колхоз отгружает его по 8 рублей 50 копеек за килограмм, то есть даже ниже себестоимости, себе в убыток. Сычевский молокозавод, входящий в агрохолдинг «Семь холмов» (Seven Hills) платит, казалось бы, дороже, по 9,50 за литр, но на деле цена получается еще ниже, чем в Гагарине – то жир не тот, то кислотность, то еще какая некондиция, и все молоко идет вторым сортом или несортовым.
На себестоимость молока давит дорогая энергия – электричество и горючка. Раньше литр солярки по цене приравнивался к литру молока. По весне на нефтебазе агрохолдинга «Семь холмов» колхоз «Рассвет» покупал ее по 22,8 рубля. В других местах можно было бы купить и дешевле, но там нужны живые деньги, а их у Сигиной нет. Юшенков кредитует их соляркой под будущие закупки молока. Горючее продает дороже, молоко же старается купить дешевле. Поэтому все окрестные сельские кооперативы у него в долгу. Гагаринский консервный комбинат тоже кредитует сельские кооперативы, но уже деньгами – под весенний сев, заготовку кормов уборку урожая. И тоже накидывает свой процент, который гасится молоком. А куда деваться, банки "Рассвету" льготных кредитов не дают, под национальный проект с субсидированной процентной ставкой он не подпадает из-за долгов по налогам, вот и приходится идти на поклон к дяде. Хорошо, дают. Молоко остается единственной формой расчета с кредиторами. И уж какую цену они за него назначат, за такую будешь и отдавать – они монополисты.
В отличие от частных, коллективным хозяйствам из областного бюджета доплачивают за молоко по 58 копеек литр. Но дотация эта не менялась уже много лет.
Президент «Семи холмов» Виктор Юшков обижается, когда его называют монополистом. У него на этот счет иные мнения и аргументы.
- Год назад мы платили селянину по 4-5 рублей за литр, поверьте, не очень качественного молока, сейчас по 11-12. За высший сорт готовы платить больше, но нам его пока никто не может дать, кроме нашего же молочного комплекса, - говорит он.
От частника, по его словам, молоко поступает с кислотностью 18-19 процентов, порой грязное, иногда разбавленное. Естественно, и получают они за него ровно столько, сколько оно стоит. Это молоко надо еще привести из отдаленных деревень своими машинами, охладить до 4 градусов, потом нагреть до 90-120 и опять охладить, расфасовать. После чего отдать в торговые сети. Закупочные цены в них тоже колеблются в зависимости от сезона: зимой 22 рубля литр, летом – 19.
- Мы понимаем: остаться без сырья губительно, - говорит Виктор Юшков. - У нас сейчас 5 тысяч голов скота, будем увеличивать его до 8 и 10 тысяч. Но даже и тогда не сможем обойтись без молока колхозов и частников. Поэтому и кредитуем их. И возим своими машинами из дальних деревень молоко, для этого содержим вместо 2 молоковозов, способных обеспечить наш животноводческий цех, целых 15. То есть сознательно идем на дополнительные затраты вместо того, чтобы их снижать.
«Семь холмов» проигрывает компаниям, производящим молоко из дешевого привозного порошка. У тех рентабельность 60-70 процентов, а у этих едва дотягивает до 18.
Поэтому те имеют возможность больше вкладывать в рекламу, привлекательнее для торговых сетей.
Эти-то компании и захватили почти весь российский рынок, оставив остальным производителям лишь небольшой его сегмент.
- Мы не говорим, что надо совсем убрать их продукцию, даже если она некачественна, потому что в этом случае обрушится рынок, - поясняет Виктор Алексеевич. - А мы, к сожалению, пока не сможем наполнить его натуральным продуктом. Но создайте нам равные условия. Выделите в сетевых магазинах по полке каждому товаропроизводителю. А уж покупатель сам разберется, кому отдать предпочтение.
Самые большие монополисты, по мнению Юшкова, это торговые сети. Они вступают в сговор с такими же монополистами, которые гонят некачественный продукт из сухого молока, и сообща, как кукушата, выкидывают из торгового гнезда не только неокрепших птенцов малого и среднего бизнеса, но и таких, казалось бы, крупных местных товаропроизводителей, как агрохолдинг "Семь холмов". Основная часть рынка захвачена торговыми сетями Москвы, Краснодара, Белгорода, Рязани. Для местных производителей это чужие сети. Их интересует не Смоленская область, говорит президент «Семи холмов» Виктор Юшков, а то, что можно выкачать из нее.
…На востоке говорят: чтобы крона была здорова, заботься о корнях. В молочной отрасли такими корнями являются, конечно же, производители молока, независимо от того, частное ли это подворье, фермерское хозяйство, СПК или молочный комплекс агрохолдинга. Именно сюда должна направляться значительная часть прибыли, инвестиции и кредитные ресурсы.
Конечно, если мы хотим пить натуральное отечественное молоко, а не сомнительный напиток, сварганенный из завозного порошка.
Увы, ситуация с сырьем в молочной отрасли неутешительна. Поголовье падает. Селекционная работа в загоне. Технология безнадежно отстала. Страна не в состоянии обеспечить собственные нужды отечественным молоком. Если так будет продолжаться, проблема усугубится, и уже ее не выправишь. Потому как в основе всего лежит не торговая сеть, не переработчик и не перекупщик, а Ее Величество Корова! И молоко, как гласит пословица, на языке именно у нее, а не у политиков и чиновников. А значит, и вкладывать надо именно в этот язык, а не в язык деклараций и намерений. Пока же на полуживой корове набивают себе карманы все, кому не лень, оставляя ей ровно столько, чтобы она не умерла с голода.
Правда, производители суррогата уже начинают спешно создавать свою собственную сырьевую базу – строить коровники, закупать скот, землю для кормопроизводства. Процесс этот медленный, скорых изменений на молочном рынке не сулит. Значит, надо вкладывать в то, что мы сегодня имеем, чего еще не сумели разрушить в 90-е годы. Кредитовать малый бизнес – частные подворья и фермерские хозяйства. Оборудовать молокоприемные пункты в деревнях холодильными камерами. Провести ревизию сельских производственных кооперативов, определить тех, кто имеет хоть какой-то потенциал для развития, списать с них налоговые долги, чтобы они сумели включиться в национальную агропромышленную программу. Ведь списываем же мы миллиардные долги целых государств, почему же не дать возможность собственным гражданам начать жизнь с чистого листа?
Или и здесь у нас господствуют двойные стандарты: досрочно погашаем внешние долги, а на внутренние закрываем глаза, прощаем долги третьим странам и не можем простить их собственным гражданам, хотя суммы несопоставимы?
Нет, государство не должно, как слон в посудной лавке, как это было в 90-е годы, лишь рушить, но обязано регулировать отношения, перераспределять денежные потоки, определять приоритеты, находить те звенья, за которые можно было бы вытащить всю цепь проблем. Руководствуясь прежде всего интересами своих граждан, а не отдельных компаний, сетей, отраслей и регионов.
…Знакомый председатель колхоза каждой весной пускает под нож несколько дойных коров. Плачет, а режет. Потому что ему нужны деньги для покупки горючего, которое, в свою очередь, необходимо для того, чтобы обеспечить этих самых коров кормами. Год от года коров остается меньше. Кормов тоже требуется меньше. А затрат становится больше.
Это даже не тупик. Гибель.
Сычевский район Смоленской области
↑16-sep-08 Источник : Столетие Фото с www.chocasativa.alfaspace.net |
Глобальные перемены
