08.10.2006 01:08

Президенту Российской Федерации Путину В. В.,

Председателю Совета Федераций РФ Миронову С. М.,

Председателю Государственной Думы РФ Грызлову Б. В.,

Премьер-министру РФ Фрадкову М. Е.,

Министру обороны РФ Иванову С. Б.



Уже почти пять лет в судах различной инстанции рассматривается так называемое «Дело Ульмана». Обвинения по статьям Уголовного кодекса РФ предъявлены четверым российским офицерам. В апреле 2004-го и в мае 2005-го годов «Дело Ульмана» дважды рассматривалось судами присяжных. В обоих случаях офицеры были признаны невиновными — по всем предъявленным пунктам обвинения. Тем не менее уже в третий раз все начинается сначала — на этот раз дело должно рассматриваться в военном суде.

На протяжении почти пяти лет четверо офицеров фактически пребывают в подвешенном состоянии. Точно в таком же состоянии находятся тысячи солдат и офицеров, принимавших участие в контртеррористической операции в Чечне. И речь сейчас идет не о виновности или невиновности группы Ульмана. Речь идет уже об отношении власти к своей армии. Да, преступления, совершаемые военными в Чечне, давно уже стали обыденностью. Жизнь человека в этом регионе не стоит сейчас ничего. И суды над военнослужащими, убивающими людей в состоянии алкогольного опьянения или ради наживы, безусловно, справедливы. Однако «дело Ульмана» кардинально отличается от подобных дел. Ульман не был пьян, не занимался самоуправством, не собирался грабить, мародерничать или похищать людей. Его группа находилась в засаде и выполняла боевое задание. Государство само призвало его на службу, дало ему оружие и приказало воевать, за что, в итоге, он и оказался на скамье подсудимых. Не будем сейчас рассматривать преступность или невиновность действий группы Ульмана. Каждый сам для себя должен решить, как он поступил бы в подобной ситуации — сделал бы то, что приказывают, или бросил бы все и уволился из армии. Не будем сейчас рассматривать и преступность приказа, потому что согласно специфике спецназа приказ априори не может быть преступным. Но надо понять, что Ульман поступил так, как ОБЯЗАН был поступить. Так, как его учили. Потому что спецназ — вне морали.

За время Чечни как-то само собой забылось, что спецназ ГРУ ГШ создавался с одной единственной целью — уничтожение шахт с баллистическими ракетами и проведение диверсий на территории противника! И в то время, когда другие в ВУЗах изучают экономику или бухучет, офицер спецназа изучает способы убийства людей. И посылают его на войну именно за этим — убивать. Защита отечества, священный долг, почетная обязанность, служба Родине — за всеми этими словами кроется одно — убийство других людей. И в войсках специального назначения, в силу их специфики, это возведено в абсолют. В закон. По которому каждый, кто увидел группу спецназа, должен быть убит. Так работают все спецподразделения во всех армиях мира! Иначе нельзя. Это — закон войны, которую вы ведете. Закон спецназа, который государство обучает убивать и выполнять этот закон. Ульмана учили именно этому. И если вы решились использовать прошедших специальную подготовку диверсантов-профессионалов против граждан своей страны на своей территории — какого еще результата вы ожидали? Если вы против убийств — откажитесь от войны вообще. Откажитесь от армии и спецназа. Перестаньте обучать людей убивать друг друга. Поставьте во главу угла человеческую жизнь — как абсолютную, бесспорную ценность. Если же вы не в состоянии этого сделать, то защищайте свою армию и своих солдат!

Этим судом государство нанесло армии такой удар под колени, какого не смогли нанести даже пятнадцать лет разрухи. Когда власть сдает своих солдат, она уничтожает армию. Не надо никаких вторжений противника — два три таких суда, и армии больше нет. Потому что никто не будет служить, если единственной платой за службу оказывается шанс угодить за решетку. Вы все продолжаете и продолжаете гнать в Чечню новое пушечное мясо, закручиваете этот водоворот все сильнее и с обеих сторон. Вероятно, благо России, будущее её поколений требует новых смертей своих граждан. Вероятно, без убийств Россия обречена на гибель. Вероятно, Россия без этой войны обойтись не может. Пусть так. Вам, видимо, виднее. Но почему тогда Вы предаете своих солдат? В Конституции записано: «Защита Отечества является долгом и обязанностью гражданина Российской Федерации». Мы свой долг по отношению к государству выполнили, когда оно посчитало это необходимым. Почему государство не выполняет свой долг по отношению к нам? Очевидно, что Ульман попросту назначен на роль козла отпущения, как того требует сложившаяся на данный момент политическая ситуация. Вы судите его за убийство шестерых человек потому, что у них не было оружия. Но если бы в той машине у тех же самых людей был бы найден хоть один патрон, вы назвали бы Ульмана героем и вручили бы ему орден. Очевидно, что если бы власть решилась использовать в наведении конституционного порядка силы РВСН, то на скамье подсудимых тоже оказался бы лейтенант, нажавший кнопку «Пуск». Никто не спрашивает, сколько человек Ульман убил до этого. Никто не спрашивает, сколько человек было убито снарядами, выпущенными из орудий 160-го танкового полка, которым командовал Юрий Буданов. Сколько среди них было детей. Никто не спрашивает, сколько человек было убито при бомбардировках и артобстрелах. Никто не спрашивает, кто же в конце концов ответит за гибель детей Беслана. С вашей точки зрения, видимо, между этими убийствами есть разница. С нашей точки зрения, разницы нет никакой. Убийство всегда остается убийством независимо от способа его совершения. Такой позицией вы подталкиваете армию к совершению новых преступлений. Этот суд посылает одно единственное послание — убивай, но не забудь подкинуть патрон. А если ты раскаешься в происшедшем, начнешь оказывать помощь раненным и на следствии сам расскажешь, как было дело — ты преступник. Убиты шесть человек. Безусловно, это преступление, без всяких «но» и «если». И кто-то должен ответить за эти шесть загубленных жизней.

Вы для себя решили, что отвечать должны мы, ваши игрушечные солдатики. Мы для себя решили по-другому.

Мы больше не будем оставаться в стороне. Мы — не безмолвное стадо. Мы больше не позволим сдавать своих.

Доказательством тому служат эти подписи. Эту грязную войну начали не мы — поверьте, каждый из нас с большим удовольствием остался бы дома на диване. Эту грязную войну начали вы. Так потрудитесь сами отвечать за свои преступления. Мы не требуем оправдания Ульмана — это не в нашем праве. В конце концов степень виновности или невиновности гражданина определяет суд. Мы требуем прекращения практики назначения крайних! Мы требуем всестороннего объективного расследования по делу и выявления реальных, а не назначенных виновников! Мы требуем прекращения фарса судилища!

Также мы обращаемся ко всем ветеранам локальных войн бывшего СССР и России. Братцы! Дело Ульмана — наше дело.

При том разгуле бесшабашности, при котором ведется «контртеррористическая операция» в Чечне, при полном отсутствии внятной политики РФ на Кавказе, практически при отсутствии управления войсковыми операциями, при таком грязном ведении войны против граждан собственной страны на территории собственной страны же, в которую втянута собственная армия — на месте капитана Ульмана мог бы оказаться каждый из нас. Собственно, все мы и так были на его месте. Все мы стреляли.

И это не Ульману не повезло, что его «сдали», это нам повезло, что не сдали нас. Мы сейчас не сидим не потому, что государство считает, что мы не совершали преступлений, а потому, что не потребовались очередные козлы отпущения. Мы считаем, что молчать дальше нельзя. Нельзя позволять власти и дальше использовать нас. Нельзя позволять выкидывать себя на помойку. За те двенадцать лет, что идет война, Чечню прошло около миллиона человек. Это население большого города. Пятьдесят дивизий. Нас много. Мы — сила. И в наших силах изменить наше настоящее и наше будущее.