02.03.2005 09:27

Шел я как-то по улице Космодемьянских. Иду и вижу: на одном из домов висит мемориальная доска. Читаю: «Улица названа в 1960 году в память героев Советского Союза Зои Анатольевны (1925-1941) и Александра Анатольевича (1925-1945) Космодемьянских».



Прочитав, пошел дальше, в сторону метро. А в голове моей стали крутиться мысли о том, как все-таки хорошо, что мы еще помним нашу историю. Помним наших героев, отдававших свою жизнь, защищая Отчизну, помним великих поэтов, писателей, военачальников. Вот, думаю я, проспект маршала Жукова назван в честь великого русского полководца, станция метро Пушкинская – в память великого русского поэта, станция Чеховская, Кутузовская, Третьяковская… В моей голове всплывали все новые и новые названия улиц, площадей, станций, которые увековечивают имена многих выдающихся людей. Мы их обязаны помнить, ибо это наша история.

С этими размышлениями подхожу к метро, к «Войковской». Раньше я как-то особого внимания не обращал на название этой станции. Ну, Войковская и Войковская. А тут, в свете моих размышлений о великих людях России, я задумался, кто такой был, этот Войков, откуда взялся, чего оно такого сделал, что в его честь назвали целую станцию метро? Стоп. И не только станцию. Я стал перебирать, что еще носит имя этого человека. Итак: станция метро, 5 проездов, целый муниципальный район, а еще был завод имени Войкова. Столько названий, да на одного человека!? Да это же, наверное, был великий деятель, если даже имя А.С. Пушкина носят только станция метро, площадь и набережная!



Ан нет, тут я вспомнил еще одну вещь, осознание которой меня привело в полный шок и недоумение. Станция, 5 проездов, район Москвы, да еще завод в придачу – все эти топонимические объекты названы именем… убийцы!

Назвать даже станцию метро именем убийцы – дело нешуточное. Убийца все равно должен был совершить такое убийство, которое бы оставило большой след в истории, причем непременно положительный (что, в принципе, сомнительно) и значимый для России. Во всяком случае, именем Чекотилы пока что еще ничего не названо.



Итак, кто же такой был Войков?



Петр Лазаревич Войков, ни много, ни мало, - участник зверской расправы над семьей Императора Николая II. Этот человек (если его можно назвать таковым), будучи химиком по образованию, привез кислоту, с помощью которой были уничтожены тела невинно убиенных, и непосредственно, своими руками, исполнил акт вандализма. Если бы только это. Вдобавок скажу, что именно П. Войков присвоил себе драгоценный перстень Александры Федоровны, сняв его с пальца убитой Государыни. Потом Войкова советское правительство отправило на работу послом в Польшу, видимо для того, чтобы упрятать его от сторонников убитого царя, желавших мести.

По-моему, такого набора исторических данных вполне достаточно, чтобы иметь представление об этой личности.

Больно осознавать, что имя убийцы царя и его семьи, имя одного из виновников величайшей трагедии российского народа носят целых 7 (!) топонимических объектов, причем не какого-нибудь глухого села, а столицы нашей родины – Москвы. Причем, для современной Москвы это случай беспрецедентный. В советской Москве, возможно, и были «увековеченные» убийцы, но даже одно предположение такого для сегодняшнего дня выглядит дико. А это наяву – берите и ешьте.



Но Войков – непростой убийца. Как известно, в августе 2000 года в Москве прошел Архиерейский Собор Русской Православной Церкви. На нем Император Николай II, Императрица Александра Федоровна и дети их: Алексей, Ольга, Татьяна, Мария и Анастасия были прославлены как страстотерпцы в Соборе новомучеников и исповедников Российских, то есть причислены к сонму святых. Получается, что Войков – убийца святых, на которых молятся тысячи верующих. Это осознавать еще больнее.



Причисление к сонму святых Императора и его семьи есть наше великое покаяние и перед царской семьей, и перед другими невинно убитыми во времена лихолетья, предательства и богоборчества. Но это покаяние никогда не станет полным до тех пор, пока имя Войкова будет красоваться на известных нам станции и пяти проездах, пока его именем будет называться муниципальный район Москвы.

Кстати, невольно навязывается вопрос, каким, извините, местом думало Правительство Москвы в начале 90-х годов, когда называло новообразованный район именем Войкова? Ведь это было то самое время, когда Москву охватила кампания (более того – истерия) по переименованию улиц, площадей, станций с целью очистить московскую топонимику от «позорного» советского прошлого.



Еще вчера настало время исправить эту преступную ошибку, но до сих пор все обращения граждан, общественных организаций, церковной общественности не принесли никаких результатов. Замалчивание вопроса длится уже более 10 лет.

Именно поэтому мы сейчас предлагаем начать самое широкое обсуждение этой проблемы с участием жителей района, муниципальных властей, Мосгордумы, Правительства Москвы, Русской Православной Церкви. Тем более что большинство депутатов Мосгордумы уже давно высказывалось за смену названия станции «Войковская».



Какие же варианты переименования могут быть? Думается, что станцию можно назвать «Космодемьянская» (в честь Зои и Александра Космодемьянских), «Петербургская» (так как в этом районе берет начало дорога на северную столицу) или «Коптевская» (здесь раньше располагалось множество поселений, в названиях которых фигурировал топоним «Коптево»). Район «Войковский» неплохо было бы назвать тоже «Космодемьянским». Пять Войковских проездов же – в память героев современной России, воевавших в Чечне, или вернуть их историческое название.

В любом случае, нужно восстановить нравственную и историческую справедливость, иначе наша совесть будет нечиста перед детьми нашими, внуками и правнуками…